ГОСОРГАНЫГОСОРГАНЫ
Среда, 8 июля 2020
Минск Переменная облачность +19°C
Все новости
Все новости
Интервью
26 февраля 2020, 17:49
Иван Эйсмонт

"Евровидение" в Беларуси было бы интересно провести под открытым небом

Иван Эйсмонт
Иван Эйсмонт
Председатель Белтелерадиокомпании

Подготовка к "Евровидению-2020" выходит на финишную прямую. Уже 28 февраля станет известно имя представителя Беларуси на песенном форуме в Роттердаме. Финальное шоу покажут в прямом эфире телеканалов "Беларусь 1" и "Беларусь 24", а также будут транслировать на сайте Белтелерадиокомпании. Победитель определится по итогам голосования жюри и зрителей по формуле 50х50. О подготовке гала-концерта и о том, чем в этом году он запомнится зрителям, корреспонденту БЕЛТА рассказал председатель Белтелерадиокомпании Иван Эйсмонт.

- Для гала-концерта впервые выбрана новая локация - киностудия "Беларусьфильм". Почему было принято такое решение?

- Нам хочется сделать шоу более масштабным по сравнению с тем, что было в предыдущие годы. Раньше мы проводили нацотборы в студии "600 метров" Белтелерадиокомпании. Сейчас площадка почти в два раза больше. Это, конечно, дополнительная нагрузка, так как мы работаем на выезде. Это сложнее сделать технически, нужно больше света, звука, больше техники и людей, но мы попробуем. Посмотрим на реакцию и исходя из этого будем принимать решение в следующем году.

- Какие сюрпризы ожидают зрителей во время финала?

- Ничего сверхъестественного не будет, хотя не без сюрпризов. У нас есть 12 финалистов, они выступят, а потом состоится голосование жюри и телезрителей, баллы будут суммироваться и таким образом выберем победителя. Мы периодически экспериментируем. В прошлом году жюри, например, работало в прямом эфире в кадре. Я слышал, что об этом долго мечтали некоторые артисты. Ну что ж - нет проблем.

Финальное шоу в этом году также пройдет в прямом эфире. Постараемся, чтобы были хорошие номера, хорошая картинка. Но самое главное для нас всех - выбрать песню, которая сможет достичь самого лучшего результата на "Евровидении" в Роттердаме. Правда, тут уже от нас, как от организаторов, ничего не зависит. Все ляжет на плечи жюри и телезрителей. Я надеюсь, они сделают правильный выбор.

- По традиции состав жюри держится в тайне. Но все-таки, по какому принципу оно формируется?

- Поверьте, не очень просто подобрать состав жюри на финал нацотбора, а держать в тайне имена чаще всего просят сами члены жюри. Причину, думаю, объяснять не нужно. Нам важно, чтобы голосование было максимально нейтральным, объективным и в то же время профессиональным. В соответствии с международными правилами членами жюри могут стать самые разные представители шоу-индустрии - певцы, композиторы, телеведущие, журналисты. И здесь важно мнение каждого - и народного артиста, и человека, который к музыке не имеет отношения. Например, в Европе голосуют не только профессионалы, но и условные домохозяйки. И еще большой вопрос, чье мнение здесь решающее. Вы же видите, как именно зрительское голосование в последние годы все переворачивает с ног на голову.

Мы, кстати, всегда накануне финала проводим опрос европейских специалистов, чтобы получить их мнение о наших конкурсантах, понять, в каких реалиях оказались после кастинга. Это закрытый опрос, эксперты слушают песни, голосуют, оставляют свои комментарии. Иногда мнение белорусов и европейцев совпадает, как это было в случае с певицей ZENA, а иногда совсем наоборот.

- Каким лично вы видите представителя Беларуси на песенном форуме и есть ли такие исполнители среди финалистов?

- Конечно, но имен называть не буду. Есть вещи, которые мне понравились, а еще здорово, что на этот раз у нас много относительно новых имен. Мне кажется, почти все, кто попал в финал, этого заслуживали.

- Вы отметили, что в этом году порадовали новые имена, но, как показывает практика, каждый год определенный процент составляют те, кого уже можно назвать сторожилами нацотбора...

- У нас свобода выбора, и если кто-то из исполнителей хочет, пусть хоть каждый год приходит на национальный отбор. Это их право. Но это не гарантирует, естественно, ничего. Все отдается на откуп жюри и зрителей. Проблема, как мне кажется, заключается немного в другом. Многие исполнители пишут или покупают песни специально под нацотбор и поступают верно, но только если бы это все не делалось в последний момент. Конкурс требует более основательной подготовки.

Есть и такой момент. Финал еще не состоялся, не определился представитель страны, а букмекеры по результатам кастинга уже расставили нас на те или иные места. Так вот, стоит подумать, нужно ли продолжать практику стрима в интернет картинки с кастинга. Мы уже который год на это смотрим, это, конечно, весело, транспарентно, но шансы на успех в финале явно не увеличивает. Даже, несмотря на то, что мы половину заявок отсеяли. Европа делает свои выводы на основании номеров, в которых можно встретить людей едва ли не в спортивных костюмах. Да и у нас на этой стадии не стоит задача сделать шоу - это самый что ни на есть рабочий кастинг. После этого я не удивлен, что мы оказываемся у букмекеров на 40-50-х местах. Причина не только в этом, но тем не менее.

- С каждым годом все больше разговоров о том, что "Евровидение" - это не конкурс вокала. На ваш взгляд, что является главной составляющей победы?

- Я думаю, что это конкурс песни в первую очередь. Те же европейцы нам часто пишут про наших финалистов - поет неплохо, вот если бы песню поменять. Работа над песней - вещь важнейшая. Я вам сейчас говорю банальности, но это факт. Многие страны, где телекомпании определяют представителя самостоятельно, месяцами шлифуют композиции, вкладывая в это огромное количество сил и средств. Мы общаемся друг с другом и знаем, как к этому подходят.

Кстати, почти все члены нашей продюсерской группы задействованы в определении исполнителей от разных стран. Их просят выступить экспертами и в жюри в финалах, и пораньше - в фокус-группах. Мы видим, что нередко на суд предлагаются сразу несколько песен в исполнении одного человека - то есть с кандидатом определились, а вот с песней не уверены и спрашивают мнение. У нас схема пока иная - мы как организаторы не вмешиваемся в историю песен до момента определения победителя, вся работа после финала.

- В любом конкурсе всегда есть победитель и побежденный. Готовы к волне недовольства со стороны отдельных исполнителей?

- Мы уже привыкли, хотя к некоторым вещам привыкнуть сложно. К сожалению, многие не умеют проигрывать. До судов уже почти дело доходит. Мне кажется, что некоторым людям от около культуры (это, кстати, меньше артистов касается, чем их "советчиков") не достает уровня этой самой культуры. Ладно, на организаторов, но что выливается на участников и победителей отбора почти каждый год - на коллег по цеху… Артисту нужна поддержка, ему на конкурсе и так непросто. "Евровидение" только с высоты дивана в квартире кажется проходным конкурсом, на чем уже много кто погорел.

- У медиахолдинга есть опыт проведения на высоком уровне детского "Евровидения". А если бы взрослый песенный форум приехал в Беларусь, смогли бы удивить европейского зрителя?

- Мы удивили на детском "Евровидении" тем, что до этого в Европе не было принято придавать детскому проекту такой масштаб. Мы попробовали и получили отличный эффект. После нас и Польша провела детское "Евровидение" с размахом. Так что задали какой-то тренд, и пока ему следуют на континенте. Исполнительный директор конкурса Йола Санд как-то сказал мне замечательную вещь: ничего не придумывайте, просто сделайте суперсовременное шоу, и вся Европа скажет, что Беларусь - это круто. Это будет лучшей рекламой. Так оно и вышло. Это огромный опыт. Все начиналось с того, что мы с продюсерами Белтелерадиокомпании за год до шоу вчетвером сели и расписали для себя, каким мы хотим видеть это шоу, а закончилось реализацией идей командой в несколько сот человек, сбором двух "Минск-Арен", да еще и прямым эфиром, где расписано все до секунды.

Во взрослом конкурсе сложнее говорить о каких-то новациях. Кстати, существует одна - если бы Беларусь выиграла "Евровидение", то мы предложили его провести под открытым небом, на стадионе "Динамо", например. Вот это было бы что-то новое, хотя страшно представить то количество дополнительных проблем, которые доставил бы такой формат организаторам.

- Белтелерадиокомпания запустила еще один грандиозный проект - Х-Factor. Каким вы видите его в Беларуси?

- Мы не знаем, каким получится Х-Factor. Это новый формат для Беларуси. В первую очередь это телевизионный проект, и мы получаем хороший контент себе в эфир. Во-вторых, нам бы хотелось, чтобы у молодежи появилась возможность показать себя, выступив на хорошей площадке, с хорошим звуком, светом. Нам хочется, чтобы проект открыл новые имена, чтобы показались те, кто, например, никогда не пойдет на отбор "Евровидения". Я уверен, что у нас масса поющих людей. Уже подано более 1 тыс. заявок, но ее заполнять не обязательно, и мы подозреваем, что на предкастинги придет гораздо больше людей.

Конечно, проект непростой. Часть его философии заключается в том, чтобы от стадии к стадии масштаб становился все более внушительным. Будет непросто, но тем интереснее.

Светлана СУХАРКО,

БЕЛТА.-0-

Топ-новости
Свежие новости Беларуси