ГОСОРГАНЫГОСОРГАНЫ
Понедельник, 21 октября 2019
Минск Малооблачно +12°C
Новости
Все новости
Все новости
Онлайн-конференция
25 января 2012, 11:00

Дебют МАЗа на авторалли "Дакар-2012"

Успешный дебют белорусской команды "МАЗ-СПОРТавто", которая заняла в гонке 31-е место среди 77 участников, стал значимым событием не только для отечественного автогиганта, но и для всей республики. Впервые белорусский бренд был представлен на соревнованиях такого высокого класса. О подготовке к "Дакару" техники, экипажа, подробностях этой сложнейшей гонки, о дальнейших планах расскажут ее участники - пилот Александр Василевский, штурман Валерий Козловский и механик Антон Запорощенко во время online конференции на сайте БЕЛТА.

Вопросы конференции

Васильев Андрей Александрович
Здравствуйте! Сразу хочу поблагодарить вас за энтузиазм и поздравить с достигнутым результатом. Мы все держали за вас кулаки! Изменилось ли мнение общественности о вашем проекте до и после Дакара?
Ну, во-первых, спасибо за то, что за нас болели. Естественно, мы из Интернета черпали какую-то информацию о том, что здесь в общем-то нас не забыли, за нас переживают. Все это где-то помогало и являлось моральной поддержкой для нас. А изменилось ли мнение? Ну, наверное, мы стали просто на слуху. Когда только начинался проект, естественно, о команде знал, думаю, только завод, ну и немногие, кто был каким-то образом причастен к гонке. Как только мы вышли на уровень "Шелкового пути" и дальше на "Дакар", появилось больше информации. Для нас было приятной неожиданностью, что у нас даже есть свои фанаты. Конечно, это радует, помогает и поддерживает на гонке.

Игорь Метельский
После "Дакара" участники белорусского экипажа стали настоящими медиаперсонами. Как чувствуете себя в новой роли?
Мы себя не считаем никакими медиаперсонами. Мы все нормальные, адекватные люди и просто стараемся хорошо делать свое дело. Но то, что много внимания, интервью, пресса, телевидение, конечно, это для нас не совсем знакомо, и мы где-то, может, теряемся. Ну и сразу после гонки у нас много работы. То есть, это не так просто, что съездил на гонку и сидишь, отдыхаешь. Нет, мы сейчас ведем все финансовые отчеты по командировке. И, честно говоря, такой сумбур, мы еще не отошли от гонки, и ребята рассказывают, что в два-три часа ночи просыпаются и не знают, что делать. Ходят по квартире, читают книги, смотрят телевизор, а днем хочется спать. Но я думаю, через пару дней все нормализуется, придем в себя, войдем в нормальный режим работы, будем получать технику, решать вопросы с тренировками, двигаться дальше.

Антон Запорощенко: Мои друзья после "Дакара" встречали меня как героя. И мне приятель рассказал, что после того, как я давал аудио-интервью, ему позвонил знакомый и спросил: "Что ж ты не сказал, что у тебя такие звезды в друзьях"? Мне, было, конечно, приятно.
Иван
Какие характеристики машины важны для гонки? Велся ли по ходу гонки журнал того, что в машине нужно исправить?
Журнал, конечно же, велся. Это было закреплено за одним из наших конструкторов, который регулярно вел и журнал поломок и нюансов, которые случались с техникой.

Что касается характеристик техники, то важна скорость. Но не всегда удавалось ехать с той скоростью, с которой позволяла ехать машина, это один нюанс. Скоростные участки были, но важен еще момент разгона. Естественно, важна развесовка, и вес машины тоже играет большую роль, особенно на крутых спусках и подъемах, на песчаных барханах и дюнах.

Чем машина легче, тем у нее лучше проходимость. Тяжелые машины, исходя из законов физики, стаскивает по склонам. И чем тяжелее машина, тем проблемнее подниматься на барханы, и такие же проблемы при спуске. Между барханами, где песок рыхлый и разбитый, машина полегче проходит нормально, а нам часто приходилось, не взяв бархан с первого раза, скатываться вниз, и пытаться набрать разгон, чтобы "ползти" по этому склону по какой-то другой траектории. Часто приходилось раскапывать машину между барханами, потому что она тяжелая.
Андрей Михайлов
Интересно, застрахованы ли ваши жизни? И проходила ли команда какую-то специальную медицинскую подготовку?
Мы страховались на весь период гонки, вплоть до доставки во Францию и обратно, причем была сделана специальная страховка для экстремальных видов спорта с повышенным коэффициентом - это обязательное условие. Что касается специальной подготовки, в любом случае, когда человек приходит работать на такое предприятие, как МАЗ, он первым делом слушает лекции об оказании первой медицинской помощи - так, любой водитель-испытатель должен уметь самостоятельно оказать первую помощь. В нашей команде только Антон Запорощенко не проходил такой подготовки, но базовыми знаниями об оказании первой помощи он владеет.

Я в свое время занимался и увлекался (да и сейчас не могу сказать, что бросил это дело) походами в горы, альпинизмом. Для выхода на маршруты необходимо было проходить серьезную медподготовку со сдачей экзаменов. И сегодня с учетом опыта участия в соревнованиях появилась задумка организовать курс по медицинской подготовке специально для нашей команды. Мы чувствуем, что дополнительные знания в этой сфере не помешают.
Ирина Марковская
Как вы считаете, дело действительно только в опыте? Ведь не менее важна и техника, на которой выступают спортсмены. Если вы усилите собственную техническую и тактическую подготовку, есть ли шансы у нашего МАЗа на более серьезную конкуренцию с традиционными фаворитами КамАЗом и Ивеко?
Конечно же, техника важна. Участвуя в Дакаре, в различных этапах чемпионата России и Шелковом пути, мы анализируем те вопросы, которые бы нам хотелось улучшить в технике, и это касается обеих машин. Мы думаем о возможном создании новой третьей машины.

Естественно и опыт играет очень большую роль. Я повторюсь, что проезжая по предыдущим этапам гонок, я сам чувствовал по навигационным моментам и штурманской работе, что получил новые навыки. Я вижу, как пилот Александр Василевский шлифует свое мастерство. На Шелковом пути мы считали сложными барханы, которые были там на трассе, хоть мы их и проходили, в общем, без особых проблем, но легкий страх от них был. Тогда не каждый бархан давался с первого раза, но теперь барханы такого уровня мы проходили на Дакаре, даже не останавливаясь и не задумываясь особо как его правильно "брать". Мастерство пилота, несомненно, выросло.

Те условия, с которыми столкнулись на Дакаре, мы видели в первый раз, но в последние дни гонки тоже чувствовалось, как растет мастерство и навыки пилота. Но, глядя как проходят эту трассу другие экипажи, которые тренировались в схожих с Дакаром условиях, чувствуется, что у них больше опыта и они ведут себя увереннее в прохождении этих барханов. Они могут предугадывать, что на другой стороне бархана, какой там склон, какая там может быть структура песка. Мы этого пока не знаем. Для этого нам нужно сначала добраться до вершины бархана, оценить ситуацию и только потом принять решение. Это, конечно, задержка по времени, но мы в любом случае получили очень большой опыт.

Если мы хотим двигаться вперед и повышать свой зачетный уровень, нам нужно много тренироваться, особенно в условиях, приближенных к Дакару.
Евгений Петровский
По возвращении в Минск после соревнований заместитель гендиректора ОАО "МАЗ" Дмитрий Короткевич, который вместе с командой находился в Латинской Америке, сказал: "Испытания нас многому научили, будем устранять ошибки, дорабатывать технику и готовиться к новым гонкам". Можно ли рассказать подробнее, какие испытания для вас были наиболее трудными, какие ошибки имелись в виду и что нового вы собираетесь привнести в подготовку к следующим гонкам?
Участие в гонке стало для нас важным испытанием. Нельзя сказать, что машины слишком уж ломались, но были свои нюансы. Мы учились у других, беседовали с другими экипажами, как вести машину, преодолевать дюны, скальные породы.

Мы ехали на первой спортивной машине, которая была создана на заводе. Ребята 541-го экипажа ехали на новой машине, но, к сожалению, случилось так, что они легли на бок и продолжать гонку не смогли. А вообще, хотелось бы передать благодарность за технику нашим конструкторам, механикам, которые своими руками собирали эту машину. Экипаж в том числе принимал участие, особенно наш механик и пилот, это те, кто от машины не отходили ни в процессе ее создания, ни в процессе подготовки к "Дакару" после предыдущих гонок. То есть машина собрана руками команды, скажем так. Поломки, естественно, были, потому что трасса тяжелая, сложная, очень жесткий режим эксплуатации. Конечно, были поломки, но они были незначительные, это с одной стороны. С другой стороны, тот экипаж технического сопровождения, который шел с командой и на биваке реанимировал технику после спецучастка, естественно, там работали профессионалы, поэтому в любом случае экипаж был уверен, что к утру техника будет готова, она будет в порядке и потом будет преодолевать следующий спецучасток. Поэтому отдельное спасибо всем нашим механикам, которые участвовали в гонке, кто не спал ночами, давали выспаться нам частично, ну а они уже реанимировали технику. А если говорить о том, что было сложным для нас... Мы никогда не были в таких природных, климатических условиях. Это и переход на другие часовые пояса, это тоже сказывалось, протяженность гонки сказывалась. Ну и естественно, горы, которые мы видели до этого, - это были не большие, не сложные горы, это были больше нагорья какие-то; пески, по которым мы ездили, - это были небольшие дюны и барханы. И когда мы увидели то, что на "Дакаре", поначалу было просто страшно, когда идешь на серьезный подъем и видишь только небо, и хочется как-то заглянуть за пределы машины, чтобы видеть, куда ехать. Или когда спуск и ты понимаешь, что малейшая ошибка - и на этом закончится не только эта гонка, а, может быть, и наша гонка тут на земле, по жизни. Конечно, было страшно, никто из нас не ходит регулярно, похоже, в церковь, не знает толком молитв, но молились, как могли, про себя. Как получалось, так и просили. Где-то, наверное, присутствовала доля везения, с учетом недостатка нашего опыта. Но нужно также отдать должное, что и в экипажах не дилетанты, мы старались своими знаниями, умениями, навыками, каким-то образом приложить все усилия, чтобы взять этот спецучасток. Да, было тяжело, было сложно, было много нового. И мы сделали вывод, что нужно тренироваться в более приближенных к "Дакару" условиях. Это могут быть условия Африки, Средней Азии, юга России - это район Анапы, может быть, Астрахань, тут уж как получится.
Иван Пятницкий
Ребята, если можно, расскажите немного о себе. Есть ли у вас семьи, и как родные относятся к вашему занятию? Спасибо и удачи!
Не буду скрывать, что моя жена против этого занятия, родственники тоже не особенно приветствуют.
Я еще не женат, но на авторалли приехал с семьей: мой отец, механик Дмитрий Запорощенко, ехал во втором экипаже. Я очень переживал, когда их машина перевернулась, эмоции просто переполняли. Чувствовал в этот день, что что-то нехорошее случится. Моя девушка болела за меня и переживала, когда я участвовал в авторалли. Не могу сказать, что она против этого экстремального занятия.

Приход Антона в нашу команду связан с тем, что он один из молодых специалистов, знающих свое дело, и в то же время хорошо подготовленных физически. Механик таким и должен быть. О себе могу сказать, что моя семья, дети переживали, болели за нашу команду.
Василий Рогожинский
Участие в гонке капотников - это новая тенденция? Будет ли МАЗ делать капотник для участия в "Дакаре"?
Возможно, мы придем к использованию капотников. Это, скажем так, пока не изобретенное колесо, работа многих конструкторов и инженеров. И не зря они подошли к вопросу использования на гонках именно капотников, так как они позволяют решить вопросы безопасности экипажа и развесовки машины.

Нас ждут серьезные изменения в технике, так как мы хотим доработать ее с учетом нашего опыта участия в гонках. И если я не ошибаюсь, с 2014 года будет введено ограничение по объему двигателя на автомобилях, которые будут участвовать в гонках. Это ограничение составит до 13 литров, сегодня разрешены двигатели объемом более 17 литров. Это нововведение потребует серьезной доработки и изменения техники. Мы также будем ставить другие двигатели, сегодня наши автомобили укомплектованы российскими двигателями - Тутаевского и Ярославского моторных заводов.
Сергей Волков
Читал, что максимальная скорость ваших автомобилей - 160-170 км/час. Это правда?
Они могут в реальности развивать и больше, но на спецучастке есть такое понятие, как ограничение скорости, это сделано в целях безопасности, она ограничивается до 150 км/час. Это на спецучастках. На лиазонах, или так называемых доездах, все спортивные машины и машины техсопровождения идут согласно правилам движения той страны, по которой ты едешь. Но сказать, что трасса проходит в режиме 150 км/час, это далеко не так. Да, есть участки, перегоны, которые позволяют ехать с такой скоростью, это довольно прямые участки, пусть там небольшие трамплины, неровности на дороге, машина это проходит. До 145-147 км/час мы разгонялись. Но были участки, мне сложно оценить, какая там была скорость, но может мы ехали на отдельных участках и полкилометра в час. И это не только мы, но и все остальные. Когда очень сложный участок, ты не едешь, а крадешься. Необходимо максимальное внимание и очень грамотное прохождение препятствий.

Иван Пятницкий
Расскажите немного о себе. Как вы пришли в этот спорт?
Я работал на МАЗе испытателем. Когда организовывалась спортивная команда, мне предложили сесть пилотом. Я согласился. Автомобильным спортом прежде никогда не занимался, разве что увлекался в детстве мотокроссингом и прыгал с трамплинов в Раубичах. На этом все приключения. И вот уже третий год в команде. Привык, сильного испуга не испытываю.
А у меня была юношеская меча стать штурманом - в детстве я немного занимался навигацией. Даже были попытки учиться на штурмана в летном училище.
Анна Нехайчик
Вы что-нибудь успели увидеть кроме гонки? Общались ли вы с местным населением, какими иностранными языками вы владеете?
Видели два океана, местных жителей. Если надо было пообщаться или что-то купить, чаще всего выручали жесты.
Особенно удачным оказалось познание испанского языка. Мы взяли с собой англоязычного переводчика, и, пока проезжали Аргентину, Чили и Перу, его знание языка помогало, но как только отъехали от больших городов, никто не знал ни слова по-английски. Так что пригодились познания испанского языка, который я изучал в школе и в университете. Конечно, я далеко не идеально разговариваю, но что-то мог понять и объяснить. Во время авторалли были и совершенно необитаемые участки местности, так что общаться было не с кем. На отдельных участках видели судей и репортеров, время от времени приезжали поболеть за нас местные жители. Сказать, что они как-то особенно стремились помогать нам, не могу. Правда, однажды толпа зрителей под местный говор и улюлюканье помогала выталкивать машину из песков. Многие из них хотели сфотографироваться на фоне машины. Однажды даже снимали нас на видео, а мы предложили сбросить запись в Интернет. А вот когда уже наша команда проезжала большие города, там бывало, наверное, до миллиона зрителей, которые принимали нас очень тепло - мы такого нигде никогда не видели и, честно говоря, были просто в шоке. Наш Антон им особенно понравился: люди просили фото на память, подержаться за руку, и мы думали, что местные жители просто разорвут нашего механика на части. Когда весь экипаж вышел из машины, местные угощали нас напитками, фруктами, просили дать автограф. Конечно, было приятно. А Антон приглянулся местным девушкам.
Илья Рудиков
А как в команде распределены роли? И не получается ли так, что основная нагрузка ложится на пилота, а штурман и механик до привала сидят в кабине почти в роли пассажиров?
Конечно, нет. Механик - явно не пассажир. Он не просто едет, обозревая окрестности, он следит за приборами, контролирует работу различных узлов механизма машины, и если что-то случается, механик - первый человек, который берет на себя объем работы по ремонту и восстановлению автомобиля. Бывало так, что запахивались настолько, что лопату не было сил в руки взять.

Ну и от себя скажу, что штурман – тот, кто отвечает за безопасность экипажа, и результатом ошибки штурмана может быть не только поломка техники и штрафные очки, но и угроза жизни и здоровью экипажа. Малейшая ошибка штурмана в лучшем случае оканчивается просто аварией. Поэтому работа штурмана - постоянное напряжение, постоянный контакт с пилотом; а читать все данные, сопоставлять их с местностью, с данными приборов приходится в таких условиях, когда даже не видно, что читать, не видно показаний. Это сравнимо с тем, если бы человека посадили в стиральную машину и дали ему почитать газету.
Больше результатов
Пресс-центр

Если вы хотите провести у нас свое мероприятие, пожалуйста, свяжитесь с нами:

тел.: +375 (17) 327-24-47

т/ф.: +375 (17) 327-13-46

e-mail: pressuser@belta.by

Адрес: 220030, г. Минск, ул. Энгельса, д. 30, к. 303 (ст.м. "Купаловская", рядом с ТЮЗом).

Контактное лицо: Ермачёнок Инна Эдуардовна

Топ-новости
Свежие новости Беларуси