ГОСОРГАНЫГОСОРГАНЫ
Флаг Вторник, 16 апреля 2024
Минск Сплошная облачность +7°C
Все новости
Все новости
Общество
27 октября 2023, 13:08

"Летишь под сто километров и любуешься". Эта династия работает на "железке" 370 лет

В железнодорожной династии Самодум - Хрупкиных 14 человек. Шестеро - машинисты. Все они в разное время трудились в локомотивном депо Гомеля. Самое удивительное, что какую бы профессиональную стезю представители династии ни избрали, всегда приходили работать на "железку". Куда бы ни заносила их судьба, возвращались в Гомель. Возможно, в этом - сила этой семьи.

"Молодая женщина, почти девочка, босиком в мороз работала на стройке…"

Родоначальник династии Филипп Самодум родился в 1888 году, а около века назад был принят на должность помощника машиниста в паровозное депо Гомеля. Правда, деталей его биографии почти не сохранилось - только трудовой договор с депо, датированный 1937-м годом, и свидетельство паровозного машиниста II класса без фотографии. Филипп Степанович умер практически сразу после войны.

- Почему дочь и сын пошли по стопам отца? Наверное, благодаря атмосфере в коллективе железной дороги и высокому статусу ее работников, - размышляет внук Филиппа Степановича Юрий. - Есть хрестоматийный дореволюционный образ - машинист в форме и белых перчатках, рядом - помощник с чемоданчиком инструментов. На этом многие из нас и выросли. Правда, в советское время перчаток не носили.

Сегодня в Залинейном районе Гомеля на многих домах мемориальные таблички - где-то размещался штаб подполья, где-то его члены родились и жили.

- Создается впечатление, что сопротивление оккупантам оказывали буквально все, кто работал тогда в паровозном депо, - замечает Юрий Самодум.

Когда началась война, дочери Филиппа Неониле исполнилось 14 лет. Она стала активной участницей гомельского комсомольского подполья, которое возглавил восьмиклассник Иван Железняков. Молодые патриоты распространяли листовки, собирали для партизан данные о воинских частях, совершали диверсии. На их счету три выведенных из строя паровоза, пара пущенных под откос составов с военной техникой, уничтоженный трансформатор на переезде… Борьба была бескомпромиссной, до освобождения Гомеля дожили не все. Неониле Самодум повезло. Внучка, названная в честь бабушки, рассказывает:

- О военном времени она вспоминала скупо, всегда со слезами на глазах. Но видно было, что хотела донести до нас правду о тех страшных днях.

- Бабушка и ее сестра Зина тогда работали в железнодорожном госпитале, имели доступ к бинтам и лекарствам, которые удавалось выносить, - вступает в разговор внучка Лилия. - Однажды они на поезде везли медикаменты партизанам и были задержаны немецким патрулем. Девочки как девочки, оккупанты посмеялись, но обыскивать не стали и просто… скинули их с поезда.

Бабушка Неонила часто рассказывала, как после освобождения Гомеля восстанавливали железнодорожное депо - в простенькой одежде, босиком.

- У меня до сих пор не укладывается в голове, как молодая женщина, почти девочка, босиком в мороз работала на стройке… - эмоционально говорит Лилия. - Туфли, конечно, были, даже лакированные, но только для танцев. Кажется, после всего перенесенного бабушка должна ожесточиться, но она была доброй и мягкой.

После войны Неонила Филипповна 31 год в депо занималась учетом топлива для паровозов и тепловозов. На работе познакомилась с машинистом Анатолием Хрупкиным, который стал ее мужем. Анатолий Данилович родился в деревне, но, как вспоминают родные, еще в детстве хотел управлять быстрыми машинами, проносящимися по стальным магистралям. Путь к мечте не смогла преградить даже начавшаяся война. Парня эвакуировали в Новосибирск, где он окончил училище и был направлен на работу на Северную железную дорогу.

После освобождения Беларуси Анатолий Хрупкин вернулся на родину и стал машинистом. Анатолий Данилович был одним из лучших работников Гомельского депо, учил молодых, избирался в партбюро цеха… Когда в конце 60-х пошло перевооружение железных дорог и появились тепловозы, стал одним из первых, кому руководство доверило управление новой техникой.

"Природа, красота, летишь под сто километров и любуешься"

У династии Самодум - Хрупкиных есть свои династические имена: Анатолий, Геннадий, Игорь, Неонила. Судьба так, что ли, распорядилась? Бабушка Неонила вышла замуж за тезку брата, погибшего совсем юным на войне. Одного из сыновей назвали Анатолием, второго - Игорем.

Своих детей Анатолий Данилович брал в поездки, в кабину тепловоза. Это во многом предопределило их судьбы.

- Поступил в училище № 35, вернулся после армии и устроился на работу в Гомельское локомотивное депо, - делится деталями биографии Анатолий Анатольевич Хрупкин. - Любовь к железной дороге у меня, как и у брата, в крови. Помню, в детстве ждали возвращений отца из поездок. Зайдет в дом, достанет кусочек хлеба: "Держите, это от зайчика!" Мы ели эти кусочки, и были они такими же вкусным, как сейчас конфеты. Своим детям я тоже привозил хлеб, апельсины, колбасу и даже селедку, - хохочет собеседник. - И все это тоже было "от зайчика".

Анатолий Анатольевич вспоминает, как "стоял за правым крылом" - на месте машиниста. Но укрощенные расстояния и пройденные километры представитель третьего поколения династии назвать не берется:

- Много. Каждый месяц по пятнадцать пассажирских рейсов в Минск, а грузовые никто и не считал. Двенадцать часов отдохнешь и снова - в поездку. Выходишь на работу, принимаешь тепловоз, потом выезжаешь на перегон - кругом природа, красота, летишь под сто километров и любуешься.

Анатолий Анатольевич уверен: поезд водить труднее, чем машину. А так все правила содержатся в трех инструкциях, которые, как и у водителей, написаны кровью.

В железнодорожном депо Анатолий познакомился с будущей супругой Жанной, которая сначала работала оператором группы учета, а позже бухгалтером. В семье родилось двое мальчиков и две девочки, которые тоже стали железнодорожниками.

- После выхода на пенсию часто снилась дорога, теперь реже. Но поезд провезти иногда тянет, - вздыхает Анатолий Анатольевич.

Игорь Анатольевич фактически повторил судьбу брата - училище, армия, работа машинистом. В армии служил в Карелии, с тех пор вспоминает: "Очень там красиво - кругом скалы и лес на них. Но родина перетянула, вернулся домой". Как отец, дед и брат, стал машинистом. Сегодня вспоминает 70-е:

- Мы были молодыми, полными сил и энергии. Как поставят на однопутку на Калинковичи, так и едешь 9-10 часов. Особенно трудно было в жару - солнце в глаза, двигатель шумит, в чайнике горячая питьевая вода. Ночью поспишь в Калинковичах и обратно... Сегодня легче - новые тепловозы, мобильная связь, кондиционеры.

Игорь Анатольевич водил составы 35 лет. Чем нравился тяжелый труд машиниста? Опять же скоростью и красивыми пейзажами, а еще - запахом кабины тепловоза, непередаваемой смесью ароматов дизтоплива и машинного масла.

"Даже вариантов выбора иной профессии не было"

Многие из династии Самодум - Хрупкиных родились и выросли в 200 метрах от депо, на улице Мильчанской, где дед Анатолий Данилович сразу после войны купил участок с забором и сараем. Остальное построил своими руками. Почти восемьдесят лет прошло с тех пор, как время определяли по гудкам паровозов, ходивших точно по расписанию.

- Запахи и звуки железной дороги меня тоже вдохновляют, - утверждает сын Игоря Анатольевича Алексей. - Но это не романтика, а любимая работа - все-таки я машинист в четвертом поколении. У меня даже вариантов выбора иной профессии не было.

Алексей также вспоминает, что в детстве отец часто брал его с собой в поездки, - не с кем было оставить на каникулах. Мальчик почти шесть часов проводил стоя, чтобы видеть происходящее за окном.

- Для меня железная дорога всегда была гарантом стабильности, надежности и достатка, - признается Алексей Хрупкин. - Мой дед, Анатолий Данилович, одним из первых осваивал первые поезда на тепловозной тяге ТЭП 60. Я никогда не видел дедушку, а он меня. Но когда я водил те же ТЭП 60, возникало абсолютно непередаваемое ощущение.

Самым трудным в работе машиниста собеседник считает умение оценить обстановку и принимать единственно правильное решение. А вот любит Алексей Хрупкин дорогу без нештатных ситуаций и все те же пейзажи за окнами. Сегодня Алексей Игоревич - инструктор маневровой колонны, руководит 34 машинистами.

Двоюродный брат Алексея Анатолий Анатольевич утверждает, что его отец мечтал, чтобы в семье рождались только мальчики, но родились две девочки и он с братом:

- Почему работаю на железной дороге? Когда дети растут в семье машиниста, они не представляют себе другую судьбу, - говорит Анатолий. - В детстве отец тоже брал меня в поездки, когда я подрос, в свободное время сам приходил в депо. В 16 лет помогал в маневровых работах на станции Гомель-Нечетный. Отец усаживал меня за пульт, и я приводил в движение локомотивы с одним вагоном. Я уже тогда знал: загорелся белый светофор, можно ехать, синий - стой.

В 19 лет начал работать помощником машиниста, позже получил права управления тепловозом. После окончания БелГУТа его пригласили в Гомельский колледж железнодорожного транспорта на должность преподавателя спецдисциплин.

- Это был серьезный выбор, - вспоминает мужчина, - дома собрали семейный совет. У нас ведь в династии не только машинисты и люди, занятые обслуживанием поездов. Есть и представители сферы образования. Поэтому решил - почему бы и нет?

Последние 12 лет Анатолий трудится в Дорожном центре по подготовке, переподготовке и повышению квалификации кадров. Не тянет обратно на железную дорогу?

- Моя деятельность тесно связана с подготовкой машинистов-помощников, слесарей, поэтому я работаю практически без отрыва от производства. Постоянно посещаем локомотивное депо, ездим в командировки для изучения новых локомотивов в Фаниполь на завод "Штадлер", в Москву на практические занятия по управлению подвижным составом.

"Как это - женщина преподает такой предмет?"

- Мне тоже хотелось работать на железной дороге, - признается сестра Анатолия Анатольевича-младшего Лилия. - Мне сказали - на бухгалтера не потянешь, иди на инженера вагонного хозяйства. А я с детства читала отцовские книги о поездах - экзамены сдала без проблем. После окончания пошла проводником пассажирского вагона, ездила в Москву, Калининград, Ригу, но в отличие от машинистов природу в окошко не видела - некогда было.

Когда у Лилии родились дети, она поняла, что мама-проводник хорошо не воспитает, и "сошла на землю".

- Временно пошла мастером производственного обучения в училище, где училась сама. Так, 27 лет там "временно" и работаю, - смеется женщина. - Подготовила за эти годы порядка 240 слесарей. Из них почти половина трудится в Гомельском депо.

Как парни относятся к тому, что технике их учит женщина?

- Нормально! - смеется Лилия. - Многие не могут сообразить, как происходит формирование колесной пары, а у меня она крутится в голове в разных проекциях. Кстати, родители моих учеников тоже иногда удивляются, как это - женщина преподает такой предмет?

В беседу вступает Неонила, получившая имя в честь бабушки:

- Меня родители в детстве спрашивали, как же ты будешь жить без железной дороги? Поэтому после техникума я работала билетным кассиром на вокзале.

За окошком постоянно мелькали пассажиры и багаж. Кто-то раздражен, кто-то опаздывает. Такая работа кажется тяжелой и нервной, но Неонила не согласна:

- Надо было держать марку, обслуживать быстро и вежливо, - утверждает женщина. - Да, и ответственность перед семьей я всегда ощущала - старалась не подвести, чтобы люди потом не шушукались.

"Если родилась красивой, нужно нести красоту на железную дорогу"

Рядом с машинистами в железнодорожной форме человек в костюме - Юрий Геннадьевич Самодум, первый проректор БелГУТа. Сын Геннадия - брата бабушки Неонилы, о которой мы рассказывали в самом начале. Геннадий тоже выучился на помощника машиниста, но потом ушел в преподавание, сорок лет готовил работников Белорусской железной дороги в Оршанском и Гомельском техникумах.

- Когда появились тепловозы, отец поднял меня, пятилетнего, в кабину, чтобы посмотрел, как выглядит новая машина, - с легкой грустью вспоминает его сын Юрий Геннадьевич. - Впечатления, которые остались до сих пор, - интересно, красиво… Но когда заработал двигатель - я жутко перепугался, закричал. Однако тот страх прошел, железная дорога притянула к себе.

Юрий Самодум по первой профессии - "тепловозник", окончил Гомельский техникум железнодорожного транспорта. В армии попал в железнодорожный батальон на космодроме в Плесецке, где получил право управления тепловозом, обучал курсантов. Потом окончил Белорусский институт инженеров железнодорожного транспорта (сейчас БелГУТ) и в 1993 году перешел в науку. Юрий Геннадьевич защитил кандидатскую диссертацию на тему повышения экономичности тепловозных дизелей.

- Но от железной дороги не оторвался, преподаю у студентов-локомотивщиков. По вопросам прохождения практики и трудоустройства студентов взаимодействую со всеми железнодорожными депо страны. И День железнодорожника - наш общий праздник.

В семье Юрия Геннадьевича единственная дочка - красавица Анастасия. В 2022-м она победила в номинации "Оригинальность нашей магистрали" конкурса "Краса нашей магистрали".

- Если родилась красивой, нужно нести красоту людям, в том числе - на железную дорогу, - уверена Анастасия. - Вся династия с ней связана. Еще в школе я приняла осознанное решение поступать в Белорусский государственный университет транспорта.

После вуза Анастасия пришла в отдел технологов, где девушки до нее не работали. Признается, что случаи, когда позвонивший, услышав женский голос, бросал трубку, действительно бывали.

- Моя работа требует технического склада ума. Плюс часто нахожусь в спецодежде, на что не каждая женщина согласится, забираюсь на тепловозы или заглядываю под них, - рассказывает собеседница. - Ведь чтобы заполнить документы, нужно видеть своими глазами, где и что сломалось.

Вопрос: "Почему девушки-железнодорожницы так привлекают мужчин?" - вызывает у Анастасии улыбку.

- Потому что они внешне привлекательны, а работа мужская. Это сочетание и влечет, - уверенно заявляет собеседница. - И не каждая женщина сможет трудиться в отделе технологов.

Анастасия вспоминает, как была техником по расшифровке данных скоростемеров (аналогов "черных ящиков" в самолетах) - бумажных лент длиной 15-20 см, на которых записываются данные о поездке.

Боялись ли ее машинисты?

- Отчасти - да. Но если ездить по правилам и ничего не нарушать, то и страшиться нечего, - уверена Анастасия.

Прощаемся с дружной династией Самодум - Хрупкиных. По стальным путям проходят тепловозы и составы, а у гомельского локомотивного депо не пахнет креозотом - шпалы здесь теперь из бетона. И все же дух железнодорожной романтики остался, и, возможно, пятое поколение династии тоже решит избрать путь машиниста, чтобы вести длинные составы среди лесов и полей и привозить кому-то, кто ждет дома, "заячий хлеб".

Мужчины в династии Самодум-Хрупкиных имеют удостоверения машиниста или помощника машиниста, а у женщин - технический склад ума.

| Алексей ГОРБУНОВ, газета "7 дней", фото Сергея ХОЛОДИЛИНА.

Читайте также:

"Вторая семья". Три поколения этой династии работает на "Могилевлифтмаше", и вот почему

"У отца были золотые руки". Общий стаж этой династии на МТЗ насчитывает 215 лет!

Три поколения этой семьи прослужили на границе 70 лет, и вот что они рассказывают

Три поколения этой семьи прослужили на границе 70 лет, и вот что они рассказывают

Новости рубрики Общество
Топ-новости
Свежие новости Беларуси